ола, произнес:
     - Разве я плохо объяснил вам, чего хочу, три месяца назад? - это было 
сказано ровным, спокойным тоном, но Мартин, 
почувствовав, что внутри у него все сжалось от мрачного предчувствия, поспешил 
продолжить разговор.
     - У нас есть кое-какие успехи, сэр. Детективы с Бау-стрит сообщили, что 
леди Обри заложила изумруды у ювелира на 
Бонд-стрит. Ювелир, опознав ее на миниатюре, описал, в чем она была одета, и, 
как выяснилось, это были вещи из вашего 
гардероба. Он, конечно, думал, что перед ним молодой человек.
     - Дурак, - проворчал Обри. Он поднял глаза и смерил адвоката своим 
пронизывающим взглядом. - Я надеюсь, фамильные 
изумруды были выкуплены?
     Успокоенный тем, что выполнил хоть одно поручение лорда Обри, Мартин извлек

из своего чемодана ожерелье и серьги и 
бережно положил их на стол.
     - Да, сэр.
     - Полагаю, сейчас, - продолжил лорд Обри, - ювелир занят тем, что более 
всего отвечает его способностям. Скорее всего, 
он чистит конюшни?
     - Что-то вроде этого, - ответил Мартин, с трудом заставляя себя смотреть 
графу в глаза. Он сделал все, что от него 
требовалось, но в сердце его закрались сомнение и страх.
     - Уверен, что ты хочешь сообщить мне что-то еще, Тревелин, - продолжил 
разговор Обри.
     - Да, сэр, - быстро перевернув страницу и бегло просмотрев ее, Мартин 
продолжил: - Мы установили, что "молодой 
человек", отвечающий приметам леди Обри, 17 марта, вечером, сел в Дувре на 
ночной паром, следующий через канал, и на 
другой день, утром, сошел в Кале.
     - Она во Франции? - граф не сдвинулся с места, но Мартин видел, что внутри 
у него все клокочет от гнева и негодования. - 
Где?
     Адвокат нервно кашлянул.
     - Этого мы еще не знаем, сэр. Как я уже сказал, для этого потребуется 
время.
     - Сколько еще времени вам нужно?! - голос графа ясно и отчетливо передал 
его нетерпение и раздражительность. - 
Прошло уже три месяца.
     - Да, сэр. Но мы работали, будучи уверены, что леди Обри скрывается гд